линия фронта проходит здесь

РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ

ART-ПОДГОТОВКА

ALTER EGO

ФРОНТ РАДИКАЛЬНОГО ИСКУССТВА

проза
Сергей Шаргунов

Оправдание роли

У Варвары Даниловой не было проблем с выразительными средствами, с успешным розыгрышем какой-либо задуманной роли. Не хватало только воли. И дело не в том, что девочка Варвара не была готова играть что-нибудь одно, а в том, что смысла в этом не находила, ухватиться не за что ей было, утешиться нечем.
Ущербным казалось Варваре сосредоточиться на определенной игре. Это означало, очень уж всерьез, по теплому отнестись к земной реальности, даже принять реальность. В своей жизни не знающей границ отдельной роли, Варвара иногда и волю свою беспокоила, но руководствовалась при этом нервическими порывами. Проще говоря, отсутствие наперед выбранной роли вело к распущенности, внутренней расшатанности. И тут тоже требовалась воля, только "воля оборотная". К примеру, такова была
воля сейчас же осознанно дернуть худеньким плечом, или сплюнуть под ноги, или вставить в речь необязательное словцо.
Впрочем... Конечно, не со всей очевидностью, а каким-то углубленным умишком Варвара стала понимать нечто новое. Новое заключалось в том, что неактерское поведение - тоже игра, но по дурному сценарию реальности. Это лишенное амбиций смирение перед вражьей действительностью.
Попавшись к призрачной тоске, сосущей тебя всю, живую, алую, как сосут соломинкой томатный сок в "Макдональдсе", Варвара стала неосознанно искать выход. Она все отчетливей видела перед глазами лозунг: НЕ ИГРАТЬ РОЛЬ - СЛИТЬСЯ С РЕАЛЬНОСТЬЮ! А реальность не может удовлетворять. Чем меньше игры (т. е. виртуальности), тем больше реальности (т. е. безысходности). И вот, не реализовав суицидальных настроев, руки на себя не наложив, Варвара Данилова принялась осторожненько так, почти по приколу Играть Роль.
Это случилось само собой, когда Варвара тряслась с подругой Мариной в пригородной электричке. Внутренне уже наорав на свою волю, Варвара неожиданно, потому что в голову взбрело, начала играть. Словно бы вступила в воду, и поплыла, взмахивая длинными руками 19-летней девочки. С каждой минутой роль увлекала все дальше.
С той поры не было ни одного лишнего движения или лишнего слова. Теперь Варвара-актриса говорила вдвое медленнее, чем обычно, мелодично, уступая словам пространство. Словечки нежно позвякивали у девочки на зябких зубах и припухлых губах, как чашки и блюдца, приготовленные к вечернему столу.
Варвара сторонне полуулыбалась. Темное спокойствие пронизывало ее насквозь, чуть колыхалось, замирая в районе груди и живота. Глаза Варвары глядели грустно, но грустно по-разному: выражение глаз менялось постоянно. Стальной взгляд смертницы слепил и леденил окружающих. Пустой взор трупа опустошал и опутывал. А порой болезненная веселость девки, пирующей в последний раз, белкой прыгала в зелени варварских зрачков.
Варвара, при всем при том, настойчиво старалась не выглядеть девочкой "не от мира сего", ведь такие всегда вызывают физиологическую брезгливость. Очаровательная обманщица, она знала и эту тайну: врага-реальность следует судорожно грызть изнутри. Но внешне важно сливаться с реальностью: в одежде, и в делании дел, даже в словах, которые в правильном контексте приобретут новое, уничтожающее действительность, значение.
Среди Варвариных знакомых было несколько в разной степени близких ей людей. Один из них, некто П. Шурандин понимал очень даже многое. А Варваре был известен великий момент в жизни - глянуть, и немного сузив губы, увидеть, глазея на сидящего напротив: понимающий, и сказать глазами: я тоже - понимающая.
Варвара сознавала, что слова уже опошлились и обесценились, а потому, тщательно подбирала свой собственный качественный лексикон. Как бы аскетичный даже, не литературно-претенциозный, не цветной, но правильный, подлинный. (Стоит оговориться для понимающих, что при этом, такие вещи, как хлеб, девочка терпеть не могла).
Варвара никогда не принимала реальность, теперь же стала это формулировать и даже декламировать, будто стихи на детском утреннике. Отчуждение (от речи к речи, от встречи к встречи) начало перерастать у девочки в свою концепцию, в свой стиль. В Варварину игру.
Наблюдая, как легко развести людишек своим безжалостным, зеркально-блестящим "по гладкости" восприятием реальности, Варвара все равно внутренне знала изъяны и истончения своей концепции. Как существо качественное, она не могла быть уверенной до предела. Но продолжала играть, УТЕШАЯСЬ собственным якобы властолюбием (она влияла, ее слушали, по ней сохли впечатлительные подростки)...
Вообще-то, Варвара Андреевна Данилова, 19 лет, поступала правильно. Она и сама чувствовала, что дрессируя волю, играя в бесконечную игру, побеждает тупой и толстый поток реальности. Если раньше, не играя, будучи "самой собой", Варвара ощущала только липкую пену и гнильцу - слизь, скользящую под стопами, то теперь...
Чем меньше границ, тем хуже и постыдней. Чем больше воли и конкретной игры, тем больше тверди, крепости, качества. Чем больше несвободы - тем легче дыхание. Тем прозрачнее сердце у победителя.

30/10'2004


...


Контакты: Фронт; Цитадель; М.К.
Дизайн, обработка графики, двигатель - mumidol.ru

заходов всего/посетителей сегодня